Поп-певица сорвала выставку

Что-то происходит непонятное, но дурно пахнущее. Обычно тишайшая художественная жизнь наполняется скандалами. Вот пожалуйста, очередной, совершенно идиотский.
В прошлую субботу, 5 апреля, в галерее Navicula Artis в петербургском арт-центре "Пушкинская, 10" открылась выставка Григория Ющенко (арт-группировка "Протез") под названием "Реклама наркотиков". "Протезы" - безбашенные панки с брутальной, эпатажной, полной чернющего юмора живописью, а серия "Реклама наркотиков", нарисованная на ворованных с афишных тумб плакатах, "рекламирует" то, что рекламировать нельзя, доводя до плоного абсурда рекламный прессинг медиа (сам Ющенко говорит, что выставка о медиа, а не о наркотиках). Это не первый показ серии "Реклама наркотиков": она была номинирована на Премию Кандинского 2007 года (вот страница проекта на сайте премии) и в рамках премии демонстрировалась в Москве, где не вызвала ничего, кроме одобрения. Например, "Независимая газета" очень радовалась: мол, пока такие провокативно-сатирические проекты делаются и выставляются, значит, "цензура еще не введена повсеместно".
Повсеместно не повсеместно, но выставка прожила три дня. Вчера вечером я получила от Григория Ющенко такое письмо (оно продублировано в его блоге):
"Только что мне позвонил Андрей Клюканов из Navicula Artis и сообщил, что журналисты с 5-го канала (которые присутствовали на открытии «Рекламы наркотиков») попросили разрешения еще поснимать на выставке, буквально полчаса, чтобы доделать репортаж. Андрей согласился и, как оказалось, совершенно зря, так как журналисты задумали провокацию. Провокация заключалась в том, что журналисты привели с собой исполнительницу Елену Ваенгу, афиша которой (кстати, измененная до абсолютной неузнаваемости, как и все остальные) использована в работе «Спиды». Ваенга устроила скандал, скомкав и уничтожив работу, а телевизионщики все это засняли. Плюс ко всему, при всем этом балагане также присутствовало высшее руководящее начальство «Пушкинской-10». В результате, их приказанием выставка была тут же закрыта и демонтирована. Андрей также сообщил мне, что телевизионщики забыли на месте действия конспект планируемого репортажа, из которого ясно, что провокация была задумана с самого начала, еще на открытии.Через 10 минут после этого мне звонят с «Пятого канала», говорят, чтобы я смотрел «Пятый канал» прямо сейчас, после чего бросают трубку. Включаю телевизор, через 5 минут вижу репортаж о выставке. В репортаже дело представлено так, будто «Елена Ваенга узнала о выставке от знакомых». Ваенга говорит: «Черт с ним, с моим лицом, но как можно открывать такую выставку, где рекламируют наркотики?». Также в репортаже присутствует некий юрист, утверждающий, что подобное использование афиш – подсудное дело и грозит такими-то такими-то статьями. После чего, сообщается, что выставку намерен посетить госнаркоконтроль – с целью выявить, действительно ли в выставке присутствует реклама наркотиков. Совершенно ясно, что весь скандал был с самого начала сфабрикован журналистами «Пятого канала».
А вот и репортаж:

Как подтвердил куратор Navicula Artis Глеб Ершов, журналисты действительно забыли на выставке конспект, из которого ясно видно, что скандал с поп-певичкой Ваенгой в главной роли был спланирован заранее. По словам Глеба, даже камера перед скандальной сценой была поставлена в отдалении от стены с работами, в расчете на "проход". Глеб и второй галерист "Навикулы" Андрей Клюканов пытались утихомирить певицу, предлагая ей ознакомиться с вывешенными там же, в зале, экспликацией и статьями о выставке из "Коммерсанта-Weekend" и "TimeOut Санкт-Петербург", но получили от певицы отказ в следующей форме: "Не буду я ничего читать, все эти статьи одни евреи пишут".
Что я могу сказать. Сфабрикованый скандал не заслуживает называться скандалом. Журналисты Пятого канала с культурным чутьем сельских скотников и певичка-истеричка, устроившая в галерее собственную пиар-акцию - это не ново и не удивительно, это скорее скучно. Что действительно скандально - так это поведение начальства "Пушкинской, 10", немедленно в пиказном порядке закрывшего выставку. Напомню, что "Пушкинская" имеет официальное название "Фонд "Свободная культура", а в дирекцию фонда входит (и был непосредственным автором приказа о закрытии) Юлий Рыбаков - бывший диссидент, известный правозащитник, в советские времена действительно боровшийся и немало пострадавший за эту самую свободу культуры. Такое поведение бывших нонконформистов - отвратительная трусость, поджимание хвоста при виде даже не реальной угрозы, а довольно беспомощной провокации. Бывшие героические борцы за независимость творчества с годами (и получением собственного здания) стали пугливы, как гимназистки, и на знамени их теперь написано "Как бы чего не вышло", а собственно искусство им до лампочки, в том числе и искусство, выставляющееся на подведомственной им площади.
Грустно это все и противно.

Жан Нувель - стархитектор 2008

Конец зимы - время сбора урожая всевозможных премий. В основном это связано с тем, что жюри и советы, потратив пару-тройку месяцев на подведение итогов прошлого года, начинают массово выдавать на-гора свои результаты и решения, кто же в отчетном году более всех отлчился. Однако здесь же объявляются и премии не "за прошлый год", а "за жизнь". Так, на днях объявлен очередной лауреат главной архитектурной премии - Притцкеровской.

Лауреат Притцкеровской премии-2008 - Жан Нувель, модернист, любитель неправильных форм и этнографических аллюзий, один из самых высокооплачиваемых архитекторов мира, - короче, достойный член когорты starchitects.
Что касается Притцкеровской премии, которая все больше смахивает на групповую фотографию этого "звездного стройотряда", у меня все чаще возникает вопрос. Современную архитектуру делает десяток звезд. Между ними и "просто крупными" архитекторами очень большой разрыв: не столько в качестве проектов, сколько в масштабе заказов, ресурсов, влиятельности и цен. Почти все они уже стали Притцкеровскими лауреатами. Что будет делать уважаемый оргкомитет, когда неохваченные премией starchitects попросту закончатся? Согласится ли он понизить планку и обратить внимание на "незвездных" кандидатов? Или попросит архитектурное лобби подвинуться? Или будет искать кандидатов в "неконкурентных" сторонних областях и странах третьего мира? Или начнет присуждаться за политические, общественные, научные заслуги в архитектуре и прочее хорошее поведение?

Анна Альчук пропала

В Берлине куда-то делась - пять дней назад ушла из дома и не вернулась - Анна Альчук.
Не знаю, что сказать.

Инновация: итоги

Объявлены лауреаты "Инновации".
Произведение визуального искусства: группа "Синий суп", видео "Озеро".
Кураторский проект: Олег Кулик, "Верю".
Теория, критика, искусствознание: Андрей Ковалев, "Российский акционизм. 1990-2000".
"Новая генерация": Ирина Корина.
Региональный проект: фестиваль public art "Длинные истории Екатеринбурга".
Ну что ж, Artopsy отгадал два из пяти.
Присуждение премии "Озеру" группы "Синий Суп" полностью оправдано. Это действительно очень мощная, какая-то хтоническая, шаманская работа. У нее есть редкое для современного искусства свойство вызывать мурашки по коже и перехватывать дыхание. Единственное "Но", которое возникает по поводу решения жюри – работа, мягко говоря, не новая. Но лучше поздно, чем никогда. "Верю" вопросов тоже не вызывает: проект крупный, значимый и, что важно, выдержавший такой шаткий в случае скользкой религиозной темы баланс между критичностью и деликатностью. "Российский акционизм" Ковалева – результат нескольких лет упорного труда – заслуживает и этой премии, и многих других. О своих сомнениях в правомерности зачисления Ирины Кориной в молодежную номинацию я писала уже тогда, когда прогнозировала ее победу: "Тот, кто еще не начал, не поэт, а кто уж начал, тот не начинающий". "Длинные истории Екатеринбурга" – ежегодный фестиваль по художественной росписи бетонных заборов – на мой взгляд не лучше и не хуже своих соседей по номинации; затея Арсения Сергеева заслуживает награды уже за то, что оказалась действительно "длинной историей" и проводится уже пять лет. Кроме того, отдельной похвалы заслуживает беспристрастность учредителя премии, Государственного Центра современного искусства: ведь лауреат Арсений Сергеев – бывший арт-директор екатеринбургского филиала ГЦСИ, несколько лет назад ушедший оттуда, и уход был вовсе не гладким. Вручив Арсению премию, ГЦСИ показал, что отделяет искусство от личных счетов. Так что вроде бы все правильно. Неправильно только одно: таких премий на самом деле должно быть не одна и не две, а много. Штук десять. Разных. Государственных и частных, умеренных и радикальных. Для полноты картины.

Скандал-скандал

Скандал, скандал: Владимир Шинкарев (на картинке крайний слева), автор мифа о митьках (и канонической книги), расплевался с митьками вообще и с Дмитрием Шагиным (на картинке на переднем плане справа) в частности и объявил, что покидает группу. Об этом пишут многие, я рекомендую статью Михаила Трофименкова в "Коммерсанте". Причина – несходство во взглядах на политику группы: Шинкарев обвиняет Митьков, что те продались властям и участвуют в их политических кампаниях, ища собственной выгоды, а также констатирует, что движение давно "выдохлось" и умерло как факт культуры и ныне существует скорее как памятник самому себе, чем как что-то живое.
Нельзя сказать, что заявление Шинкарева неправомерно. Митьки и лично Шагин действительно крайне лояльны властям. Крайне. Нет другой художественной группы, которая настолько много и охотно сотрудничала с петербургской администрацией, была бы настолько близко подпущена к ее "комиссарскому телу". Губернатор Валентина Матвиенко – постоянный гость митьковских вернисажей, митьки и чаем ее поили, и портреты рисовали, и кисточку давали в руки, привлекая к участию в своих акциях – ничего страшного в этом нет и прекрасно, что губернатор любит искусство, только вот акции митьков в последнее время носят характер скорее пиаровский, чем художественный, и выдержаны в стиле "кукушка хвалит петуха". Матвиенко подарила митькам их новое выставочное помещение на улице Марата – и только ленивый теперь не скажет, что квадратные метры стали наградой за хорошее поведение. Митьков можно понять: людям хочется спокойно работать и выставляться, не мыкаясь по углам и не пребывая на 25-й год существования группы в сиротском андерграунде. Однако митьки настолько безотказны, настолько настойчивы в подтверждении своей лояльности существующей власти, что это уже, простите, зашкаливает. Это уже не сотрудничество, а "чего изволите". Чего стоят многочисленные портреты Валентины Матвиенко в тельняшке – "рука дающего" неожиданно оказалась главной митьковской "сестренкой". Чего стоит участие Шагина в предвыборном штабе Дмитрия Медведева в Санкт-Петербурге (случившееся, по версии РИА "Ореанда", по просьбе той же Матвиенко). И на все это глубокое лизание поп наклеивается ярлык "митьки", который, кстати, с санкции властей практически официально признан синонимом современного искусства Петербурга, актуальным питерским брендом. Это при том, что собственно митьковское искусство группа представляет либо как исторический материал, уже ушедший в прошлое, либо как нечто лубочно-сувенирное, а члены группы предпочитают выставлять свои новые работы вне связи с собственно группой: "от себя", а не "от митьков".

И еще: митьки стали у городских властей официальной отмазкой, используемой про любую культурную нужду. В Петербурге практически отсутствует официальная культурная политика в области современного искусства (и, шире, вся современная культура далеко не в чести в городе, чтящем классическую традиционную культуру), но стоит кому-то об этом заикнуться, администрация с гордостью демонстрирует митьков: вот же у нас современная культура, вот как мы ее холим и лелеем, чего ж вам еще?
Назовем вещи своими именами: от деятельности митьков все сильнее попахивает одновременно творческой импотенцией и политической проституцией. И в ней остается все меньше искусства: один сплошной пиар. В свете этого разрыв Владимира Шинкарева с группой – скорее плюс в его биографии. Тем более что сам по себе, вне митьковского контекста, Шинкарев хороший живописец со своей сформировавшейся нишей, и в художественном смысле отказ от этикетки "митек" ничего не отнимет от его репутации, а в смысле политическом – скорее прибавит Шинкареву реноме.
P.S. Прежде чем публиковать этот материал, я позвонила Мите Шагину. Он категорически отказался давать какие бы то ни было комментарии.

Пермузей: итоги без итога

Итак, итоги архитектурного конкурса на здание Нового Музея в Перми. Я опущу бла-бла-бла про уникальность конкурса, про то, что это беспрецедентный случай освоения российской глубинки топовыми архитекторами мира и про Пермь как нью-Бильбао, это и так всем понятно. Итоги конкурса таковы, что итогов нет! Первое место поделили между двумя проектами: швейцарца Валерио Олджиати, который придумал для Перми несколько анахроничную и вполне (в европейском представлении) "азиатскую" башню, и москвича Бориса Бернаскони со стильным проектом – предельно минималистичным снаружи стеклянным параллелепипедом, изнутри нашпигованным всякими техническими чудесами, включая внутримузейную железную дорогу. Самый шикарный жест жюри – это, конечно, снисходительное присвоение третьего места в конкурсе суперзвезде Захе Хадид, предложившей красивое и очень "хадидовское" обтекаемое здание, похожее на летающую тарелку. Короче, впереди третий тур, который определит окончательного победителя.
Пермь, уже удивившая арт-общественность арт-ярмаркой, явно готова обставить в смысле культурных инициатив если не Москву, то уж точно летаргический Петербург. Если вслед за ней к вершинам современной культуры подтянутся прочие нефте- и газоносные города – Сургут, Тюмень, Норильск, - можно будет говорить о трансформации культурной географии России. Культура льнет к большим деньгам. Бабло побеждает зло.

Третьяковка судится с министром культуры Соколовым

Оооох ёлки-палки.
Я очень надеюсь, что в новом правительстве у культуры будет другой министр.

Скоро, скоро!

Сегодня в 17.30 по Москве будет объявлен победитель архитектурного конкурса на Новый Музей в Перми - невероятной по своей амбициозности затеи, в которой участвуют прямо-таки все starchitects, весь мировой архитектурный топ.
Мы напишем об итогах завтра.

Казахстан, Дубаи, Куба

New York Times в разделе рецензий на выставки публикует статью своего критика Бена Дженоччио, которая дышит и пышет обезоруживающей наивностью. Статья посвящена недавно открывшейся в College of New Jersey выставке современного искусства Средней Азии и Ирана (впрочем, Средняя Азия преобладает если не на выставке, то в рецензии). Бесхитростный пафос статьи в следующем: они там еще и рисовать (снимать, инсталлировать…) могут! Мы-то ожидали, что они там все отсталые пастухи, а они, оказывается, производят вполне адекватное искусство! И даже медиа умеют!
Статья, конечно, смотрится более чем забавно: после триумфальной выставки среднеазиатского современного искусства, сделанной Виктором Мизиано для Венецианской биеннале 2005 года и ставшей там хитом еще три года назад, всякое удивление по поводу неожиданных ростков и цветов цивилизации в бывших среднеазиатских республиках СССР смотрится как минимум странно. Тем более что участники рецензируемой выставки – в большинстве своем те же, что у Мизиано в Венеции, то есть уже признанные международные celebrities: автор "Степного барокко" Алмагуль Менлибаева (которая уже тысячу лет как живет в Париже), давно уже прославившийся Ербол Мельдибеков, производящие стабильно хороший арт-социологический продукт Мурат Джумалиев и Гуля Касмалиева. Все эти люди в современном искусстве, так сказать, давно уже не девственники. Тем страннее отношение к ним как к дикарям, которые, как неожиданно обнаружилось, еще и рисовать умеют. Статья Дженоччио так и называется: "Удивительная утонченность".

А они умеют не только рисовать: лично мое самое запоминающееся столкновение со среднеазиатским искусством случилось аж в 2000 году в Алма-Ате, когда там собрался весь цвет (в том числе вышеперечисленные люди) этого искусства на большую выставку, которую сделал тамошний Центр современного искусства Сороса. И уже тогда азиаты поразили меня а) своей целеустремленностью в смысле создания собственного, азиатского актуального искусства (у них от зубов отскакивало: "Мы делаем новую азиатскую эстетику, эстетику кочевого народа!"), и б) своей увлеченностью новыми медиа. Соединение того и другого дало свои плоды: пусть и рассеянный (номадически рассеянный, что вполне подобает нации кочевников) по миру, но появился вполне узнаваемый среднеазиатский, в первую очередь казахский тренд в современном искусстве, и этот тренд представлен в первую очередь инсталляцией и в особенности медиаинсталляцией, он одновременно очень почвенный и очень технологичный… в общем, в 2000-м году этот тренд воплощался сплошь и рядом в виде телевизора, в котором играет какое-то видео, в окружении камней и песка. Сегодня все стало и разнообразнее, и утонченнее – и это радует, это развитие. Удивляет только реакция критики, которая явно по сей день ожидает увидеть дикарей в тюбетейке и с кельмандаром: один палка – два струна.

Впрочем, такое желание сквозит у арт-функционеров повсеместно. А что делать? В мире, где искусство превратилось в отрасль промышленности, а промышленность утратила любую связь с мировой иерархией "развитых" и "развивающихся" стран, экономика искусства распространилась повсеместно. Вот, например, встречайте будущую арт-столицу мира: княжество Дубаи в Персидском заливе приглашает всех желающих на очередную грандиозную ярмарку Арт-Дубаи 2008. Ничего, что у Дубаи нет ни намека на культурную традицию, способную хоть как-то легитимировать присутствие в княжестве современного искусства: зато там есть нефть, а значит бабло, а значит предметы роскоши и моды, а значит там же до кучи и искусство. И арт-функционеры в отчаянии бросаются искать хоть какие-то островки подлинности, нетронутости, настоящего, а не конвейерно-поточного искусства, ну хоть где. Wall Street Journal, например, сообщает, что после отставки Кастро (а значит, грядущей перестройки на Кубе) все и в особенности американские коллекционеры напряглись ("на старт!"), встали в стойку ("внимание!"), и только ждут команды "марш!", чтобы начать выгребать с Кубы тоннами производимое там искусство. И кубинское искусство, по прогнозам, станет следующим хитом после китайского. Как-то это все смахивает на торговлю "невестами" из развивающихся стран: свеженькими, дешевыми и непритязательными. Хотя, с другой стороны, если у "невесты" есть талант, смекалка и пробивные способности – она собственными силами пробьется из "чего изволите" в гораздо более высокий социальный и художественный статус, станет звездой и уже сама будет диктовать свои требования желающим ее благосклонности. И факт сезонной распродажи в ее биографии будет считаться не позорным падением, а счастливым шансом, которым она не преминула воспользоваться.

Вышивальщицы-экстремистки

В нью-йоркском Museum of Arts and Design, сокращающемуся до шикарной аббревиатуры MAD, открылась выставка "Экстремальное вышивание" – современное искусство, собранное по чисто техническому критерию: использованию вышивки. (Это не первый подобный опыт музея: в прошлом году здесь показывали схожую выставку "Радикальное кружево и субверсивное вязание").
Вышивка – занятие дамское, и среди художников выставки преобладают художницы, и большая часть работ предсказуемо артикулирует "женскую тему": женский опыт, женский статус и их осмысление. Но не все. Есть совершенно "бесполые", общечеловеческие работы – такие, например, как огромный вышитый ковер-комикс Марка Ньюпорта или объект Пола Виллински – расшитые ангельские крылья на наплечных ремнях. Однако "гендерные" работы, хотя и наиболее предсказуемые, при этом и наиболее интересны: в них тема артикулирована максимально четко и жестоко, и в них смысловой потенциал вышивки раскрыт максимально богато. В общем, женским языком можно говорить о чем угодно, но лучше всего им получается говорить о женском.
На сайте музея выставка представлена скупо, поэтому я рекомендую изобилующий фотографиями отчет о ней на We Make Money Not Art.

Что читать: Kultura Сандры Фриммель

В Германии, в городе Бремене, есть не только бременские музыканты, а еще и университет, при котором имеется исследовательский центр Восточной Европы. Центр, помимо прочего, выпускает онлайновый pdf-журнал "Kultura", посвященный, как можно догадаться, современной культуре России. Так вот, я с удовольствием представляю и настоятельно рекомендую к прочтению последний номер журнала. Его тема – "Насколько свободно искусство в России?". Редактором этого номера выступила Сандра Фриммель – молодая немецкая искусствовед и куратор, специализирующаяся на искусстве России, долго у нас жившая и сейчас являющаяся одной из лучших европейских специалистов по нам грешным. Сандра сделала краткий, но очень динамичный номер, нажимающий на все болевые точки, все громкие скандалы последних лет, связанные с современным искусством и его расхождениями с обществом и/или государством, и что из этого вышло.
Открывает журнал статья Константина Рубахина и Натальи Риво, представляющая краткую хронологию взаимодействия – почти исключительно конфликтного – современного искусства и общества за последние несколько лет. Диана Мачулина интервьюирует Андрея Ерофеева: предметом интервью изначально заявлена скандальная выставка "Запрещенное искусство", но разговор идет о политике Третьяковки и, шире, государственной политике в области культуры в целом. Далее следует небольшое эссе того же Константина Рубахина о цензурных скандалах в области литературы (судебное дело против книги "Низший пилотаж" и ее автора Баяна Ширянова уже подзабыто, но серия конфликтов вокруг произведений Владимира Сорокина еще свежа в памяти). Наконец, завершает подборку сама Сандра Фриммель с анализом культурно-политической ситуации в России – борьбы разных социальных групп, от современного искусства как культурного института до Православной церкви, за место Самого Главного Культурного Авторитета.
Журнал в формате pdf можно прочесть онлайн или скачать для чтения дома здесь по-немецки и здесь по-английски. Для чтения понадобится Acrobat Reader (бесплатно скачать здесь).

Artopsy приносит извинения всем читателям за непростительно долгий перерыв в работе, случившийся в силу нескольких разных технических и личных причин. Мы снова в строю. Встав обратно в строй, Artopsy с удовольствием и со ссылкой на первооткрывателя – замечательный арт-блог C-Monster – представляет автора картинки сверху Марка Джонса (вот здесь целая коллекция его рисунков на желтых клеящихся офисных бумажках). Заха Хадид по заказу модного дома Шанель и лично его ведущего дизайнера Карла Лагерфельда строит в Гонконге уникальное выставочное пространство – передвижной контейнер с искусством внутри. В Guardian критик Эдриен Серль задается вечным вопросом о месте арт-критика в системе искусства. Boston Globe поет дифирамб праздности и скуке как движущей силе для развития личности и в этой связи призывает предаться праздности и отказаться от всех занятий, включая разговоры по телефону, проверку почты и писание в любые блоги, что очень актуально в свете пятничной забастовки пользователей Livejournal.com (для ее участников, скучающих жжстов, Artopsy в пятницу обязуется поставлять развлечения). Wired развенчивает миф о "прозрачном обществе". Российская арт-общественность ждет объявления лауреатов премии "Инновация": итоги современной Госпремии будут объявлены 26 марта, и мы о них напишем. Оставайтесь с нами. Читайте Artopsy.